Сила в правде

Навигация

Офицер ВСУ: жизнь не имеют для путинцев принципиального значения

Офицер ВСУ: жизнь не имеют для путинцев принципиального значения
в Правда об ООС/Публикации

Широкий резонанс за последнюю неделю получила история с уничтожением бронетехники путинских террористических сил в районе временно оккупированного Докучаевска в Донецкой области. Видео попадание противотанковой управляемой ракеты в БМП опубликовал пресс-центр АТО, уточнив, что противника проучили военнослужащие тактической группы Объединенных сил «Моспино».

Нам удалось пообщаться с командиром тактической группы и выяснить детали событий.

Богдан — кадровый офицер, причем из командиров новой формации. Борьбу с оккупантами начинал в одном из известных добровольческих батальонов. Затем контракт в ВСУ. Участвовал в обороне Донецкого аэропорта, в известном штурме здания монастыря неподалеку ДАПа 17 января 2015. В тот день, несмотря на ранение, выходил из боя, как и положено офицеру, вместе с остальными. Далее были новые бои на Донецком направлении, успешное обучение под руководством американских и британских инструкторов, заключение под огневой контроль и жесткие бои на Бахмутской трассе на Луганщине. На счету офицера — почти полтора десятка успешных операций по уничтожению укрепленных районов террористов, выходы линии разграничения, в том числе — в логово врага — в Донецк.

Сегодня Богдан уничтожает врагов Украины во главе недавно созданной тактической группы «Моспино» Объединенных Сил.

— Честно говоря, мы не ожидали, что горящая бронетехника террористов вызовет такой резонанс, что о нас одновременно заговорят и пресс-центр АТО, и «Геббельс» боевиков басурин, — рассказывает Богдан. — На самом деле мы работаем на «нуле» в течение нескольких месяцев, и к популярности не стремились. Что такое тактическая группа? Это команда, которая объединяет военнослужащих разных частей Вооруженных Сил Украины. Цель — выполнение специфических боевых задач как на линии разграничения, так и на неподконтрольной территории. Знаете, есть такое выражение — «принуждение к миру». Вот и мы приучаем боевиков выполнять взятые на себя обязательства — так называемые «Минские договоренности», которые с их стороны подписано двумя бездомными, один из которых, правда, сейчас уже находится в кремлевском подвале. У второго судьба также очевидна — или свои убьют как собаку, или исчезнет в никуда, откуда и появился. Что такое принуждение к миру? Если Украина всегда придерживалась режима тишины, то террористам законы не писаны. Пригласить перемирие для сбора раненых и убитых, и неожиданно открыть огонь — их почерк. Это на собственном опыте я почувствовал еще в 2014 году, причем с этого времени привычки путинских бандитов не изменились. Достаточно вспомнить, как весной и летом прошлого года они (к счастью, безрезультатно) сравнивали наш позиции по 2С7 (203-мм артиллерийская система «Пион» — самая мощная неядерного оружия на постсоветском пространстве). Я впервые видел, что такой большой калибр задействован против простых пехотинцев. Враг — коварный, бесчестный и жалкий одновременно — признает только силу. Только жесткую асимметричный ответ. Как ответили в Сирии американцы. Другого не дано. Именно поэтому и создан нашу группу (и насколько я знаю, мы не одиночки в своем деле), которой дали карт-бланш в отношении действий на опережение. Если боевики верят в бессмертие и любят безнаказанно использовать бронетехнику, то в этом наступает конец. Человеческие жизни не имеют для путинцев принципиального значения, а вот уничтожение материальных ресурсов, в том числе — складов, центров управления или концентрации техники — другое дело. Ничего путного после распада тоталитарной советской империи русские создавать не научились. И воюют по лекалам прошлого века.

— Почему «Моспино»?

— Городок Моспино знаковое для многих из нас. Еще летом 2014-го боевики создали там укрепленный район, откуда происходили многочисленные атаки в направлении сил задействованных под Иловайском. Когда же нашим войскам удалось окружить эту группировку, террористы обстреляли город, разрушая жилые дома гражданского населения. В 14-м нам не удалось освободить Моспино, но мы все равно это сделаем. Надеюсь, уже весной этого года. 

— Фактически вы разновидность сил специальных операций?

— Я бы избегал такого определения. Все мы вышли из пехоты, есть несколько ребят, которые служили в артиллерийской разведке. Основное наше предназначение простое — уничтожение врага. И в этом деле, надеюсь, мы достигли некоторых успехов. Если несколько лет назад основное внимание при подготовке бойцов уделялось организации обороны и умению отойти, сохраняя людей, технику и контроль за ситуацией. То сейчас мы постоянно тренируемся современным методам атаки, штурма укреплений. Как в поле, так и в населенных пунктах, в промышленной зоне. Существует мнение, что наступать страшно. Что большие потери — это норма. Советская доктрина. Враг уже ходил так в атаки. И под Иловайском, и под Дебальцево, и в аэропорту. В полный рост на пулеметы. «Бабы наражают» … Когда я водил своих людей 17 января на монастырь не имел ни одного погибшего. Наступать не трудно, если с умом. Когда двигаешься на врага, сближаешься с ним — он боится и дрожит. Ты несешь ему смерть. Ты решительный и если нужно, уничтожишь его голыми руками. На моих глазах 5-7 бойцов врывались в противника в логово и убивали два-три десятка боевиков. Побеждает тот, кто сильнее духом. Кто хочет победы. Кто преодолел страх смерти. И, честно, у меня сердце замирает, когда думаю о приказе идти вперед. Замирает от волнения и восторга.

— Откуда кадры?

— Желающих хватает. Но набирали не по объявлению в газете. Критерии были очень простые — уровень подготовки и боевой опыт учитывались само собой, но главным является желание уничтожать врага днем ​​и ночью, в поле, в лесу или среди зданий. Все ребята проходили со мной собеседование, я слушал рекомендации от тех, кого знаю. Фактически, наша группа — это закрытый клуб собратьев по интересам, которому предоставлены полномочия. Мотивация бойца это главное. Воевать, считаю, надо, как говорится, в охотку. Не сомневаться в собственной правоте. Еще британские инструкторы подчеркивали, что патриотизм — не самое важное качество настоящего пехотинца. Знать, за что воюешь и за что готов отдать жизнь. Когда есть за что умирать — есть ради чего жить. Никто не обещает орденов, званий или должностей. Наоборот. Анонимность — потому что большинство моих людей являются выходцами из временно оккупированных территорий, а во многих там остались родные. Без шансов на славу. Нечеловеческие условия жизни, потому что выход «в гости» может длиться неделями. А помощи не будет. Все, что я мог обещать, и стараюсь обеспечить — круглосуточная возможность пускать кровь врагу. Автономность действий, когда сержант, а часто и солдат сам принимает решения. Инициатива полностью приветствуется, но не надо забывать, что ценой ошибочного решения может стать собственную жизнь, а то и жизни других. Прежде всего нашим кадровым «донором» стала 93-я отдельная механизированная бригада, затем одна из частей специального назначения, впоследствии влились ветераны некоторых, уже к сожалению, несуществующих соединений, вроде 40-го батальона «Кривбасс», батальонов «Шахтерск» или «Донбасс» первого состава, которые сейчас служат в других частях Вооруженных Сил. Захотели, прошел проверку и собеседование, прикомандированные решением высшего командования в состав нашей тактической группы до особого распоряжения. Все солдаты и офицеры имеют не менее года опыта различных боевых действий, большинство же успешно уничтожала оккупантов еще в 2014 году. По специальностям, то есть условное разделение на тех, кто чувствует себя, как рыба в воде, в тылу противника. А есть такие, кто «ловит кайф» от уничтожения техники, объектов или живой силы врага с расстояния с мощного оружия. Но объединяет и тех, и других холодный расчет и азарт охотника. Базовые навыки для каждого — основы инженерно-саперного дела, медицинской подготовки, топографии, вождения и стрельба из боевых машин. Далее, по направлениям, снайперы, пулеметчики, протитанкисты.

— Противник обвинил вашу группу в том, что, якобы, было уничтожено не БМП, а санитарный «УАЗик» … 

— Непутевые фантазии оппонентов давно уже никого не удивляют. После того, как у российских дипломатов изъяли 400 кг кокаина, я боюсь даже представить, что употребляют боевики. Видео горящей «бэхи» видели все желающие. Как и многочисленные взрывы детонируя снарядов боекомплекта пушки БМП. Машина же типа УАЗ горит считанные секунды … Дело же на самом деле было интереснее, чем все представляют. Одна подобная «бэха» террористов уже устроила подобный «суицид» в начале февраля. Последний случай — по позициям наших пехотинцев несколько дней работал БТР. Нагло выезжал и бил из крупнокалиберного пулемета КПВТ. Техника старая, советская, вот она и вспыхнула. А уже на помощь ей ​​выехала многострадальная БМП, в которой тоже возникли «технические проблемы». Такое бывает у тех, кто нарушает режим перемирия ведет огонь по мирным жителям. На одном из видео четко видно боевика, который прибежал помогать экипажа бронемашины. Мы его видели очень хорошо, и снайпер мог с расстояния 1100 метров его подстрелить, как в тире. 338 калибр действует, как скальпель. Но мы воины, люди чести. И стрелять в данной ситуации не было необходимости. Всегда важно помнить — мы не они. Нам нужна победа, но не любой ценой. В том числе и не ценой наших ценностей и нравственных убеждений. В том, думаю, сомнений в нашей победе нет ни у кого, даже у террористов. За нами — мировая цивилизация, силы добра и прогресса. За нами — правда и справедливость.

Елена Козаченко

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...

Последние Правда об ООС

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: